"Что ж, знак внимания и признак профессионализма", - не без удовольствия отметил Салин. Коньяк он предпочитал армянский, а вина любил французские. Кому надо, это знали.

- Ну, приступим!

Решетников уселся напротив, повозился, удобнее устраивая зад на сиденье из толстых жердей. С энтузиазмом потер ладони и сразу же потянулся к бутылке.

- Не против, Виктор Николаевич?

- Только - за.

Салин подставил стакан под рубиновую струю вина. Скрыл удивление, когда заметил, что Решетников налил всего на два пальца, столько же небрежно плеснул себе. Напарник, хоть и вечно играл в простачка, эдакого парня из народа, светским манерам был обучен не хуже самого Салина, впитавшего их с детства.

- На Кавказе мне бы за такое оторвали язык и вышвырнули из-за стола, но больше молчать не могу, - скороговоркой пробормотал Решетников, глядя в свой стакан. - К черту традиции. Сначала о деле.

- Ну кто нас упрекнет, если мы решим немного поболтать о делах, приободрил партнера Салин. Решетников поморщился.

- Короче, Виктор Николаевич, Дедал наш отлетался. В прямом и переносном смысле. Так что за упокой души раба Божьего Мещерякова В.К. - Не чокаясь, Решетников с размаху опрокинул в рот вино.

"Не зря все бросил и примчался, но тянул с информацией напрасно. Себя извел и меня ошарашил", - подумал о друге и партнере Салин.

Салин сначала покачал в пальцах рубиновую жидкость, потом цедящими глотками втянул в рот, посмаковал образовавшуюся горечь и лишь затем сглотнул. Прикрыл глаза, вспоминая Мещерякова...

Другая жизнь-1

Москва, сентябрь 1985 года

Псевдоним "Дедал" прилепил Мещерякову Решетников. Была у напарника склонность демонстрировать эрудицию в узком кругу соратников. Кадровую двухходовку он окрестил "Дедал и Икар" в память о первых воздухоплавателях Греции. Проходила она в два приема.